?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Под катом - персонажный отчет о последней сессии Хогвартских сезонов.




Когда-то я пыталась взять за правило делать ежедневные заметки перед сном. Из этой идеи ничего не вышло, поэтому приходится восстанавливать пол года жизни, полагаясь на память. Опасность в том, что среди образов прошлого порой встречаются сны, принимаемые за реальность и реальность, похожая на игру воображения.
***
Вечер понедельника.
Первое воспоминание о весеннем семестре – это попытка нового декана Гриффиндора Терезы Бут влезть в парадное платье. Ей помогала Габи МакГоннагал, с которой мы крепко сдружились на каникулах, а я скакала по кровати и требовала подсказать, какие серьги больше подходят к новой вязаной мантии из травянисто-зеленой шерсти.
***
По результатам распределения у меня оказалась только одна новенькая девочка – Этне О’Лири Хотетовская. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: с ней будет трудно.
Выпив пару бокалов вина в обществе своим студентов, я спустилась во внутренний двор замка: надо было пожелать удачи гранд-кампании «Форвард», возглавляемой нашим дорогим директором, блистательным Марком Мортимером.

Держа в руках плод своей бессонной ночи – амулет из черно-желтой ткани, расшитый знаками солнца и земли, я ждала Тиля. Время шло, группа охотников за Джеромом Эйвери была готова выступать, а его все не было. Тиль появился за пару минут до начала похода, весело кивнул мне и отправился выяснять технические детали. Я оттащила его в сторону и выпалила на едином дыхании: «Короче, если бы не ваша авантюра, то я бы наверное не отважилась сказать то, что сейчас скажу, но выбора нет. Я люблю тебя, причем не только как друга, причем так вышло случайно. Это все.»

Тиль снял шляпу, резко поцеловал меня в губы, и весело сообщил, что с ним все будет в порядке. Я стащила с пальца шикарный перстень с золотой крошкой и надела ему на палец, завещав принести перстень обратно, а не то «я его найду и убью еще раз». Но безошибочный внутренний голос уже тогда шепнул мне, что между нами ничего не будет.

Гранд-кампания завершилась неудачно. Точнее, все ее участники кроме Феникса остались живы и невредимы, но цель достигнута не была. Зато главный преступник страны лорд Малфой, выставил Хогвартсу занимательный ультиматум, исходя из которого, мы должны были утвердить в должности генерального инспектора Теодора Малфоя, а так же признать легитимность упсовского правительства. Результатом голосования по обоим пунктам стал почти единодушный отказ преподавательского состава.
***
Занятия травологией неожиданно перестали меня интересовать. Я рассказывала студентам ровно такой же материал, как и год назад, но если тогда он радовал и меня и их, то сейчас мои слова воспринимались с тягостным равнодушием. Я все больше времени уделяла ритуалистике и изготовлению амулетов, и все меньше – растениям, цветам и травам. Исключением являлся только Золотой сад, который никогда меня не тяготил, всегда даруя надежду и утешение.

В первую ночь семестра мы со студентами посадили семена растения, в которые для получения результата требовалось вложить всю веру и способность находить силы внутри себя самого, когда никакой внешней надежды нет и быть не может. Я ожидала, что из них вырастет что-нибудь удивительное, но итог превзошел самые смелые ожидания: на месте посадки появился чудесный источник, который, по словам студентов, был пробит самой Хельгой, появившейся в Золотом саду вместе с другими основателями. Не знаю, была ли это Хельга Хаффлпафф во плоти, или студентам приснился чудесный сон, но вода из этого источника действительно дарует способность искать силы в самом себе, даже когда кажется, что их совсем не осталось.
***
Вторник.
В День Святого Валентина я решилась написать завещание, совместив его с валентинками. Необычайно странно думать, как поделят твое имущество после несвоевременной (то есть после любой) смерти. Не помню, в какой последовательности должны раздаваться платья и украшения, но помню, что студенткам Хогвартса я завещала свои несбывшиеся мечты, а студентам – нереализованные приключения. К слову сказать, ни одной валентинки я в этот день не получила. Хотя уж тут лицемерить – мне хватило бы трех слов от конкретного человека: простых, ясных и самых важных на свете.
***
Я принесла клятву Ордену Невыразимцев. Теперь и мое лицо время от времени скрывала черно-белая маска с красным знаком земли, а новое имя – Terra Florida вполне соответствовало мироощущению. Синяя нить древней клятвы прочно держится на левом запястье, служа напоминанием о том, что мне доступны знания обо всем на свете, но недоступно их использование для личного блага.
***
Среда
Фабер и Фревин чуть было не стали очередными жертвами убийц, называющих себя законной властью Магической Британии. Фабера взяли, просто потому что смогли поймать, и обвинили в государственной измене. По их законодательству наказание за это было одно – смерть. Фревина захватили, когда мы, собрав почти весь Хогвартс , явились к ДОМПу, чтобы не только продемонстрировать неравнодушие к ситуации, а на практике развеять студенческие иллюзии на счет господ из ОВР. Акция была разогнана громким криком Малфоя: «Арестовать всех преподавателей и сотрудников Хогвартса», после которого я не стала любезно и законопослушно дожидаться того светлого момента, когда приказ начнут исполнять, и мгновенно взлетев на метле, помчалась в сторону Школы.

Уйти удалось почти всем, более того, посредством Феликса Фелицитаса и удачно всплывшего древнего закона Британских островов, мы вытащили Фабера и Фревина фактически с плахи, но ясно было одно: Хогвартс впервые открыто выступил против ОВР и теперь пощады не будет.

В этот последний относительно спокойный вечер, ко мне в гости явился Грей, Аника, Джордан и еще один неизвестный рыцарь в золотой маске Анкха. Я была полна горячей благодарностью, за то, что они откликнулись на мою мольбу о помощи, хотя ничего сделать не смогли. Анкх всегда вселял в меня безумную надежду, что все будет хорошо, появляясь тогда, когда уже не могла бороться со слабостью и тоской.

День Святого Патрика, который мы с Габриэль так долго и тщательно планировали на каникулах, был сорван историей со спасением коллег, поэтому я позволила себе расслабиться и выпить вина со старыми друзьями. Мы сидели в Золотом саду и говорили о Боге. Вдруг перед нами появился незнакомый темноволосый юноша в серых одеждах необычного кроя. Он как будто светился изнутри, и с первого взгляда было ясно, что перед нами не человек.
- Здравствуй. Меня зовут Велеслава. Скажи, как к тебе обращаться?
- А зачем ко мне обращаться?
- Ну…чтобы знать хотя бы, с кем пью вино из одного кубка.
- Зови меня Камаэль.

Это имя было мне не знакомо, и в то же время, оно ясно передавало суть того, с кем мы говорим. Камаэль столь гармонично дополнял окружающее нас пространство, как будто был рядом всегда. Несколько минут спустя он уже беседовал с нами, как со старыми знакомыми.
- Скажи, а что делать, если вера иссякла и чудеса не происходят?
- Искать веру в себе – и она позволит видеть и творить чудеса, которые до этого казались недоступными в собственной слепоте.
- Никогда не забывай о том, что чуду есть место всегда и везде, даже когда кажется, что бог оставил этот мир.
- Этого я никогда не забуду.

Камаэль спокойно кивнул, как будто знал, что именно я буду говорить, достал из поясной сумки изящную шкатулку, наполненную белыми зернами, и протянул одно из них мне.
- Когда ты поймешь, что у тебя не осталось иного выхода, а опасность столь велика, что ее не преодолеть, раскуси это зерно, и будешь спасена. Ты не умеешь странствовать верхними дорогами, поэтому помни, что это опасно: человек, не прошедший посвящение, не способен выдержать небесного света, поэтому ты скорее всего на ослепнешь. Ищи меня, или кого-то из тех, кто ходит горними путями, и мы поможем тебе найти дорогу обратно.
Я была поражена до глубины души. И не смогла ничего сказать кроме простого «спасибо».
- Помни, что ты говорила о вере. Помни, и не давай забывать другим.
- Обещаю.

Он улыбнулся и исчез в лучах заходящего солнца. Через какое-то время собрались уходить рыцари Анкха. На прощание я крепко обняла Анику Йенчи, и удивленно заметила, что она находится под чарами иллюзии. Ана была беременна. На прощание она шепнула мне:
- Велька, мне понадобится помощь Айне Вейне, остальным колдомедикам я не доверяю. Ночью я снова приду в Хогвартс, ты же мне поможешь?
- Ну конечно, я помогу тебе, - ответила я с легкой усмешкой, и ехидно покосилась на Грея, который немедленно стал покрываться разноцветными пятнами. - Ана, Ана, не представляю, что должно случиться, чтобы я отказала тебе в помощи.

Леди Йенчи смущенно улыбнулась, еще раз быстро обняла меня, и вышла из Хогвартса. Ее изящное бордовое платье в викторианском стиле идеально сидело на тонкой фигуре. А мне почему-то вспомнилась угловатая, резкая девочка с черными кудрями, для которой я много лет назад варила «Глоток надежды», стоя на лютом морозе под охраной студентов Дурмстранга. Как же мы все изменились с тех пор…
***
Школа готовилась к обороне. Меня, как и следовало ожидать, просили по возможности не покидать пределы гостиной, а в случае падения защиты – охранять коридор. Сидеть в запертом помещении, часами пребывая в тягостном ожидании – это невыносимая для пытка.

Я стояла на крыльце в обществе Уильяма Сталкера и медленно курила. В голове проносились тысячи мыслей одновременно. Было холодно и довольно жутко, но осознание того, что рядом близкие дорогие люди – становилось крепче с каждой минутой.
- Уилл, правда или вызов?
- Ну, правда.
- А вот скажи, если меня убьют у тебя на глазах, ты будешь пытаться закрыть меня Первым Светлым?
- Да, без вариантов.
- Но почему?
- Потому что ты можешь дать людям гораздо больше, чем я. Ты нужнее этому миру, твоя жизнь – важнее.
- Я не думаю, что ты прав…

Уилл крепко обнял меня, прижав к груди. На глаза наворачивались слезы. Чертова идиотка, ты это хотела услышать? Хотела точно знать, что кто-то ценит тебя выше себя самого? Что твой студент, который уже давно является твоим близким другом – готов без компромиссов умереть за тебя, и ты не можешь ничего противопоставить чужой свободной воле?
- Прости меня. Некоторые вопросы лучше не задавать.
- Успокойся, все в порядке.
- Я не умру. Очень постараюсь не умереть.
- Да уж, будь так любезна.
Славный, надежный Уилл. Когда же ты успел так вырасти?

Из внутреннего двора раздался крик:
- Велеслава, у задней калитки тебя ждут друзья.
- Иду.

Ана была бледна и очень испугана. Грей честно пытался вести себя спокойно, но было видно, как он переживает. Примус казался невозмутимым.
Я отвела Ану в свою спальню, сбегала за Вейне и села рядом с Уиллом, чтобы как-то его приободрить. Грей трясущимися руками держал мою флягу с виски и был не в состоянии хотя бы относительно поддерживать беседу. Из комнаты раздался крик, и он дернулся так, как будто получил Круциатус.
- Грей, прекрати. Все через это проходят. Ну, то есть, большинство женщин. Айне Вейне – опытный колдомедик, с Аной все будет в порядке. И вообще, в наше время от родов не умирают. Точнее, умирают, но очень редко.
- Велька. Заткнись.

Минуты тянулись очень медленно. Мы молчали, курили табак и старались держать себя в руках. Прилетел Феникс, сказал, что директор страшно зол, потому что я опять сбежала черт знает куда, да еще и протащила на территорию Хогвартса толпу народа. Я тяжело вздохнула, понимая, что в этот раз без объяснений не обойтись. Тут дверь спальни открылась и на пороге появилась Айне.
- Вы можете войти.

На моем дурацком одеяле в сердечки лежала Ана. Она была измученна, но судя по улыбке и горящим глазам – очень счастлива.
- Поздравляю, мистер Грей, вы стали отцом…троих детей.
Вот тут мне показалось, что колдомедицинская помощь понадобится Уиллу. Я откровенно расхохоталась, глядя не его выражение лица.
- Велька. Заткнись.
- Да ладно тебе. Три – счастливое число.
- Велька!
- Ладно, ладно, молчу.

Я провожала Ану, Грея и трех младенцев до калитки Хогвартса. По дороге мы завернули в Золотой сад, и умыли новорожденных водой из источника Хельги.
Калитка, как и предполагалось, была заперта, поэтому пришлось очень осторожно переносить родителей, а потом и детей на метле. Я всегда летала отменно, но в этот раз было очень тревожно – любой неосторожный вираж мог принести слишком большой вред. Но все завершилось благополучно, и спикировав на тренировочное поле для ЗОТС, я отправилась извиняться перед Марком. К счастью, он все понял правильно.
***
Я проснулась около четырех часов утра – небо только начинало светлеть. Марк зашел сказать, что уезжает из Британии на целый месяц. Я уныло кивнула – на сердце было тяжело. Мне предстояло управлять Школой самостоятельно, и я не чувствовала в себе готовности пройти это испытание, не смотря на помощь коллег.
***
Четверг
День начался с очередного ультиматума ОВР: на этот раз требовалось выдать проклятое ожерелье Эрешкегаль, в противном случае упсы грозились убить невыразимца Чалис Уэлл.
Мы провернули эффектную акцию, собрав по Хогвартсу всевозможные ожерелья, бусы, колье и подвески, сложили их на серебряное блюдо и вышли к воротам. Нас уже ждали.

Между Морганой и Джеромом Эйвери на коленях стояла Чалис Уэлл – истекая кровью и дрожа от боли. Не смотря на кубок Феликса Фелицитаса, который я выпила утром, было очень страшно. Я надеялась, что голос звучит ровно.
- Мы обыскали весь замок и собрали все, что смогли найти. Если оно здесь - забирайте.
Моргана для вида поковырялась в украшениях.
- Нужного ожерелья нет, - прошипела она, отходя от подноса.
- Торменцио, Чалис, - Эйвери привычным жестом сделал одну из самых жестоких и мучительных для человека чар. Мисс Уэлл дернулась, и подняла на меня затуманенные глаза, а я чувствовала невероятную, всепоглощающую беспомощность.

Вдруг за спиной раздалось звучное: «В атаку!», и группа бойцов Сопротивления, возглавляемая Фревином, вылетела через ворота. Началась драка, упсы бросили Чалис, и я почти волоком втащила ее в Школу. Повода для радости не было, но я ощущала некоторое удовлетворение – ведь нам удалось спасти еще одну невинную жертву. Убедившись, что Чалис унесли в Больничное крыло, я отправилась в гостиную – надо было успокоить студентов и успокоиться самой.

То, что было потом – наполняет меня таким ужасом, что темнеет в глазах. Я как раз стояла у окна с чашкой чая, как вдруг упсы в полном составе вошли в Хогвартс. Это значило, что защиты больше нет. Это значило, что кто-то из деканов – мертв.

Во дворе шла драка насмерть. Я плохо помню детали, особенно после того, как Люциус Малфой, шедший впереди, громко сказал: «Протего Терра Морталис», и все заволокло кровавым туманом. Оцепенев, я смотрела, как Эйвери запер наш коридор на Колопортус Ультима, слышала бесконечные «Инсендио Ультима, вампир» и редкие возгласы «Авада Кедавра», сопровождаемые зелеными вспышками.

В тот момент я ненавидела себя за трусость. Честь требовала выйти и драться, а разум твердил: «Тебя убьют почти сразу. Никому не будет легче, если умрет еще один декан». Я оторвалась от окна, обвела взглядом тревожные лица студентов, которые еще не поняли до конца, что произошло, и осталась в гостиной.

Снейп вышел из факультетского крыла, неся в руках…косу. Он отдал ее Малфою, после чего упсы быстро покинули замок.

На негнущихся ногах я направилась в сторону Большого зала. По дороге кто-то сказал: «Убита Тереза Бут. Вампир вытащил ее из Школы за ворота. Авада.»
Господи, нет. Нет. Не может быть. Тереза не могла погибнуть…Она же такая славная, такая хорошая…Отчаянно хотелось убежать в спальню, закутаться в одеяло с головой и плакать до потери сознания. Но я исполняла обязанности Марка. А директору, пусть даже временному, нельзя плакать, пока не закончена война.

Страшным усилием воли я заставила себя не думать о Терезе. Надо было срочно переустановить защиту Хогвартса. Марк, ну почему все случилось именно тогда, когда ты уехал…хотя…когда же еще?
Новым деканом Гриффиндора была назначена Анджелина Джонсон. Мы традиционно выпили шампанского и вытянули по карте Таро. Мне досталось Солнце – жестокая ирония, учитывая сложившиеся обстоятельства.
***
Хогвартс напоминал военный лагерь. Люди бегали туда-сюда, у всех была уйма дел. Меня дергали каждую минуту, всем требовалось что-то узнать, провести кого-то в Школу, решить вопросы квиддича…От усталости дрожали руки, но зато не было ни секунды времени для осмысления случившегося, и это с какой-то стороны спасало от отчаяния.

Марк, получивший короткое письмо с последними новостями, ответил кратко: «Это я виноват. Ненавижу их и себя».

Я ожидала его скорого возвращения с нетерпением и страхом одновременно. Понимая, что Марк не будет обвинять меня в случившемся, я боялась посмотреть ему в глаза. Боялась, что не увижу в них ничего, кроме боли.

Марк приехал вечером, временно урегулировал конфликт с упсами и стал узнавать подробности случившегося. Стало известно, что Терезу вытащил за ворота не Рабастан, как мы все думали раньше. Ее заставил выйти другой вампир, очаровав «поцелуем русалки». Вампир, о котором никто не знал. Вампир, которого я собственными руками приволокла в Хогвартс, думая, спасаю от смерти. Чалис Уэлл.

Тереза умерла из-за моей роковой ошибки. Можно до бесконечности рассуждать о том, что никто не мог ничего заподозрить, что любой на моем месте помог бы Чалис, что лучше помочь врагу, чем не помочь другу…только от этого не легче, потому что Терезу не вернуть. Я помнила ее еще на старших курсах, смех на выпускном и поступление в аспирантуру. Помнила, как ее посвящали в авроры – был летний рассвет, очень громко пели птицы, а Тереза лежала на полу, укрытая знаменем Ордена Зари и произносила слава древней клятвы. Помнила ее слезы по погибшему пол года назад Симусу Финнигану. Ее робкие письма с вопросами о том, каково быть деканом. Спешные сборы на Церемонию распределение абитуриентов в качестве преподавателя – первое и последнее в ее жизни.
В тот момент я ненавидела всех.

Ночью Хогвартс подвергся очередному нападению нежити.
Отбив несколько атак, мы ушли в кабинет директора и безжалостно пытались напиться несколько часов подряд. Не вышло.

Profile

Шаг в неизвестность
var_r_r
var_r_r

Latest Month

May 2018
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com